Спортивное ориентирование на лыжах

С. Б. Елаховский

Москва, "Физкультура и спорт", 1981

Елаховский С. Б. Спортивное ориентирование на лыжах.- М.: Физкультура и спорт, 1981.-120 с., ил.

Содержание

Предисловие
Два вида ориентирования в один сезон
Маркированная трасса
Заданное направление
Снаряжение
Заключение
Карты

В книге, принадлежащей перу известного советского спортсмена и специалиста по спортивному ориентированию, рассказывается о зимних видах этого спорта - соревнованиях на маркированной трассе и в заданном направлении. Рассматриваются вопросы постановки трасс в каждом из видов, способы и тактика ориентирования в них, методика тренировки и выступлений в соревнованиях, перспективы развития ориентирования на лыжах в нашей стране, особенности снаряжения спортсмена-ориентировщика.

Для широкого круга спортсменов и тренеров.

ПРЕДИСЛОВИЕ

Когда говорят об ориентировании как о виде спорта, то имеют в виду прежде всего его классическую форму - соревнования в беге с картой и компасом на трассе заданного направления, т. е. кросс по лесу с поиском контрольных пунктов в заданном их порядке (отсюда и название трассы) и с выбором наиболее рациональных путей между ними. Безусловно, такой вид спортивного ориентирования универсален по местности, где он может с успехом развиваться. Широк и сезон для соревнований в беге с ориентированием в большинстве районов страны.

Отдавая пальму первенства летнему спортивному ориентированию, мы должны помнить и о его зимней форме - ориентировании на лыжах, весьма популярной в тех районах нашей страны, где снежный покров устойчиво держится хотя бы 2-3 месяца. Будучи самобытным и увлекательным во всех своих разновидностях, ориентирование на лыжах заслуживает внимания и как средство, позволяющее организовать эффективный, безопасный процесс обучения и азам летнего ориентирования, создающее у спортсменов прочный фундамент навыка чтения местности и карты, совмещения их мысленных образов.

Эта книга знакомит читателя с содержанием зимнего ориентирования, его проблемами и путями развития. Но главное внимание в ней уделяется подготовке ориентировщиков к соревнованиям. Именно с этой целью в книге подробно рассматриваются тренировка спортсменов, тактика преодоления зимних трасс на местности разного типа, особенности постановки их в разных центрах ориентирования, вопросы изготовления и применения снаряжения для тренировок и соревнований.

Рекомендации, приведенные в книге, опираются на анализ результатов и трасс большого числа соревнований высокого уровня, проводившихся в разных районах страны в последние годы.

Книга предназначена для специализирующихся в лыжном ориентировании спортсменов высших разрядов и тренеров. Может быть полезной она и спортсменам массовых разрядов, а также начинающим ориентировщикам, особенно лыжникам-гонщикам и биатлонистам, приходящим в ориентирование. Чтобы ввести последних в курс дела, в первом разделе книги содержатся элементарные сведения, раскрывающие основное содержание двух разновидностей лыжного ориентирования.

Автор выражает искреннюю благодарность судье всесоюзной категории В. М. Алешину, внимательно прочитавшему рукопись и сделавшему ценные замечания.

ДВА ВИДА ОРИЕНТИРОВАНИЯ В ОДИН СЕЗОН

Речь пойдет о соревнованиях на маркированной трассе и на трассе заданного направления. В следующих разделах книги мы остановимся на этих видах по отдельности, здесь же попытаемся сопоставить их между собой, чтобы подчеркнуть особенности каждого.

Итак, маркированная трасса. Существо соревнований в этом виде ориентирования состоит в следующем. На стартовой площадке за 1-2 мин. до своего старта спортсмен получает карту, на которой нанесена лишь точка начала ориентирования. Обычно она совпадает с местом старта и изображается красным треугольником (рис. 1). Закрепив карту на специальном приспособлении, спортсмен стартует по команде судьи-стартера и движется по лыжне, размеченной флажками определенного цвета. Лыжня петляет по местности мимо различных по характеру, но схожих между собой ориентиров (на карте лыжня не нанесена, как на рис. 1, где она изображена пунктиром). Где-то на трассе, где именно, спортсмен не знает, ему встречаются знаки контрольных пунктов (КП). Задача спортсмена - пройти трассу как можно быстрее, с максимальной точностью определить местоположение всех КП и строго (проколом карты и соответствующей отметкой) нанести их на свою карту, причем не все сразу, на финише, а еще находясь в пути и последовательно, по одному КП. За ошибку в определении каждого КП начисляется штраф, переводимый в масштаб времени (например, 1 мин. за 1 мм ошибки). Сумма штрафов по всем КП складывается с чистым временем преодоления трассы, и все это составляет результат спортсмена.

Рис. 1

Так происходят индивидуальные соревнования на маркированной трассе. Но есть еще и командная их разновидность - эстафета, где спортсмены команды (3-4 человека), сменяя друг друга, проходят более короткие трассы. Сумма результатов участников команды составляет общий результат. В отличие от индивидуальных соревнований за ошибку в определении местоположения КП спортсмен наказывается тут же, на трассе, удлинением ее, т. е. проходит дополнительные, штрафные, круги, количество которых зависит от величины ошибки на каждом КП; длина каждого круга обусловлена Правилами соревнований.

Такова маркированная трасса, или маркировка, как называют этот вид ориентирования спортсмены. Заключим его представление примером мужской трассы одного из московских соревнований последних лет (см. карту К1 на цветной вкладке).

Теперь о зимней трассе заданного направления. Суть ориентирования на ней поясним с помощью упрощенной схемы (рис. 2). На старте спортсмен получает карту с нанесенными на ней и соединенными между собой прямыми линиями КП. Прежде чем начать движение по одной из лыжней, показанных на схеме штриховыми линиями (здесь предполагается, что на всех дорогах и тропах есть лыжни и все они по качеству одинаковы; в соревнованиях же некоторые лыжни на карте могут быть выделены или специальным образом нанесены дополнительно), спортсмен выбирает наиболее рациональный путь. Предположим, что по узловым точкам он таков: А-Б-В-Г-Д-Е-И-1. В процессе движения спортсмен может изменить первоначальный план, если новая информация на трассе толкает его на это. Убедившись, например, еще до точки Г, что лыжи не очень удачно смазаны, он может отказаться от подъема за точкой Д, обойдя его по пути Г-Ж-Е, более длинному, но более рациональному в таких условиях. После достижения очередного КП и отметки на нем спортсмен движется к следующему КП.

Рис. 2

Выбор пути, контроль его в процессе движения и, если целесообразно, уточнение пути - вот существо задач, возникающих на трассе зимнего заданного направления (будем далее использовать термин "заданное").

Что же касается эстафет, которые проводятся в этом виде ориентирования, никакой разницы с индивидуальными соревнованиями они не имеют, лишь трассы короче. Закончим предварительный рассказ о зимнем заданном фрагментом мужской дистанции второго чемпионата мира, проходившего в 1977 г. в Болгарии (см. К2).

Из нашего описания маркировки и заданного, видимо, ясно, что эти два вида как бы противоположны друг другу. Как анализ и синтез. И действительно, маркированная трасса аналитична по своей сути. Спортсмена, идущего по ней, занимают такие мысли: "Очевидно, я поднялся на этот бугорок... Или на этот... Если на первый, то за ним должны быть ямка и пересечение тропы с просекой.. А если на второй?.." Трасса заданного, напротив, предполагает, что спортсмен на ней эпизодически (после очередного КП) мысленно синтезирует нечто целое (весь путь от КП до КП) из отдельных частей - отрезков дорог, троп, просек. А затем по мере движения по трассе он лишь следит за тем, чтобы это его творение получилось таким, как он его задумал, или даже лучше, если он что-то может усовершенствовать по ходу дела. На маркировке спортсмен защищается от нападающих на него задач, он - вратарь. На трассе заданного спортсмен сам атакует, он - нападающий.

Таково взаимоположение этих двух видов зимнего ориентирования. Естественно, несхожие по самой сути, оба они имеют среди ориентировщиков своих сторонников и противников. Попытаемся взвесить основные "за" и "против" каждого вида путем сопоставления их по некоторым существенным факторам. Идея такого сопоставления маркировки и заданного заимствована нами у эстонского специалиста по ориентированию А. Кивистика, который осуществлял его по довольно небольшому кругу факторов, в качественной форме и на основе лишь собственных представлений. Развивая эту идею, мы расширили число факторов, ввели их количественную оценку и осуществили представительное анкетирование, что позволило, на наш взгляд, добиться статистической объективности сопоставления и его большей информативности. Дальше мы обсудим результаты анкетирования, но вначале поясним его условия.

При анализе особенностей зимнего ориентирования было выделено 16 факторов, которые были разбиты затем на три группы. Каждая из групп представляла либо одну из заинтересованных сторон - опытных спортсменов или организаторов соревнований, либо тех и других вместе. В опросе участвовали 43 человека из разных районов страны. Им было предложено дать собственную сравнительную оценку сопоставляемым видам ориентирования - по всем группам и по каждому выделенному нами фактору - по следующей шкале: превосходство одного вида над другим по данному фактору - 1 балл, явное превосходство - 2 балла. Затем были вычислены обе суммы баллов по всем анкетам и по каждому фактору и разница этих сумм отнесена к числу анкет (к 39). Средние победные баллы каждого вида представлены в табл. 1. Прокомментируем ее.

Таблица 1

Спортивная справедливость в определении результатов. Фактор очень важный: он связан с созданием равных условий для всех участников соревнований, с исключением условий для преднамеренного или невольного сотрудничества спортсменов. Заметное преимущество маркировки по этому фактору, высказанное всеми экспертами в совокупности, вполне обосновано. Заданное очень зависит от погоды, и было немало случаев, когда снегопад в ночь перед соревнованиями, принося преимущество спортсменам с большими стартовыми номерами, существенно искажал результаты. А если снегопад сильный да еще продолжается в момент соревнований, организаторы не в состоянии, даже обладая несколькими машинами для прокладки лыжней, восстановить все их перед стартом. Что же касается сотрудничества спортсменов на трассе, то преимущество маркировки перед заданным здесь несомненно - все идут одним путем, только думают по-разному.

Рис. 3

По первому фактору маркировка получила бы еще более высокий балл, если бы и у нее не было недостатка, связанного со спортивной справедливостью. Речь идет о существующей у судей возможности назначать практически за одну и ту же ошибку разный штраф. Поясним это примером (рис. 3). Трасса (жирный пунктир), пройдя через однозначно определяемую на местности точку А (пересечение дороги с просекой) и немного попетляв по лесу, выходит через перемычку между полянками у дороги Б - 5 на левую (западную) из двух дорог, имеющих общее направление на север и постепенно удаляющихся друг от друга. Далее трасса довольно долго идет по этой левой дороге и сворачивает с нее только перед первым поворотом дороги за оврагом. Если спортсмен при выходе на дорогу Б-Б будет недостаточно внимателен и взглянет лишь налево, отметив при этом только полянку у дороги, то затем он может ошибочно посчитать, что вышел на правую из двух параллельных дорог. И теперь, если очередной КП будет стоять в точке 1 (на бугорке), то спортсмен получит штраф 3 мин. (решив, что пункт поставлен в точке 1^/), если в точке 2, то - 7 мин., и так далее до 16 мин. за точку 5. И любой из этих штрафов - за одну и ту же ошибку, допущенную при пересечении дороги Б - Б (недостаточно квалифицированный постановщик трассы может поставить КП во всех этих точках - 1, 2, 3, 4, 5, и тогда спортсмен все за ту же одну  ошибку привезет на финиш вообще целый мешок штрафов, но мы такой случай рассматривать не будем, ибо здесь уже грубая ошибка постановщика трассы, а не свойство данного вида ориентирования). Таков принципиальный недостаток маркировки. Далее мы покажем, каким способом он может быть ослаблен, но полностью от него избавиться, не ухудшая саму маркировку, видимо, нельзя.

Требование к технической подготовке. На маркировке оно явно выше хотя бы из-за необходимости почти непрерывно работать с картой, а также из-за большего разнообразия задач, возникающих перед спортсменами. Но и заданное - техничный вид ориентирования. Именно поэтому статистическое преимущество маркировки по этому фактору не очень уж велико.

Требование к физической подготовке. Преимущество заданного здесь неоспоримо, и это закономерно - и не только потому, что оно вытекает из оценки предыдущего фактора (раз меньше требование к технике, значит, оно должно быть выше к "физике"). Таково уж свойство заданного. Спортсмен сам выбирает себе путь и отрезки трассы, которые проходит, не глядя в карту и отдавая все силы лыжному бегу. Кроме того, трассы заданного длиннее маркированных, а КП примерно вдвое меньше - поэтому значительно длиннее участки, на которых спортсмену приходится "поддавать". В то же время у маркировки есть принципиальная возможность по этому фактору заметно сократить разрыв с заданным. В следующем разделе остановимся на ней.

Безопасность. Значительное преимущество маркировки здесь вызвано рядом причин. Например, тем, что легче подготовить спуски, ибо общая длина лыжней на маркировке, когда соревнования проводятся на двух трассах (мужской и женской), обычно 20-25 км; для заданного же требуется в 5-7 раз больше. И тем, что постановщикам трасс трудно предвидеть все пути, которые выберут спортсмены (все, а не только лидеры), и потому некоторые подъемы могут в ходе соревнований превратиться в спуски. Проходить же по узким, извилистым дорогам такие спуски непросто (возможны даже столкновения участников, идущих встречными курсами на этих спусках-подъемах). И наконец, тем, что в мороз после глубокой оттепели, когда образуется крепкий наст, заданное вообще выходит из-под контроля постановщиков: спортсмены, стремясь держаться ближе к прямым, соединяющим КП (в такой мере, как позволяют рельеф и проходимость местности), могут сойти с лыжни и залететь куда угодно (куда их занесет азарт спортивной борьбы). В том числе в овраги с крутыми склонами и в скопление камней.

Международный престиж. Тут все ясно. Какой спортсмен не мечтает о соревнованиях самого высокого уровня? И пока заданное сохраняет монополию на международные встречи и мировые чемпионаты, сохраняется и его явное превосходство над маркировкой по этому фактору. Когда же то и другое будет проводиться на маркированных трассах, преимущество это растает как дым.

Активность спортсмена на трассе. Преимущество заданного объясняется тем, что на нем спортсмен сам выбирает путь между КП, сам его осуществляет и поправляет, если ему вдруг покажется, что выбранный путь можно улучшить. На маркировке же все участники делают одно и то же - бегут по одной трассе, решают одинаковые задачи. Однако из этого не следует, что на маркировке спортсмена ведут как теленка на веревочке: он все же сам выбирает скорость движения по трассе на том или ином ее участке, сам решает, когда надо смотреть в карту, на что надо смотреть на местности и что следует запоминать. Наконец, у него есть увлекательное занятие - пытаться предвидеть направление трассы и даже точки очередных КП.

Оперативность получения информации о прохождении трассы. Пожалуй, самое слабое место маркировки. Слабость эта вызвана тем, что ко времени преодоления трассы надо прибавлять суммарный штраф, а его по всем 10-15 КП надо еще измерить. Инструмент же для измерения штрафа самый примитивный - линейка с миллиметровыми делениями. В итоге даже на крупных соревнованиях, когда число судей-счетчиков велико, свой результат спортсмен узнает лишь через 30-40 мин. после финиша, а на массовых - даже в следующее воскресенье. Кроме того, маркировка держит спортсмена в состоянии неопределенности и в процессе прохождения трассы, поскольку он не знает (во всяком случае, достоверно), совершил ли ошибку на предыдущем КП, а если совершил, то во что она ему обойдется. В заданном же спортсмен достаточно информирован о своем движении между КП: он или видит это по встречам у КП с другими спортсменами, или просто сам понимает, насколько успешно прошел тот или иной отрезок трассы.

Перейдем теперь к коллективному мнению о сравнительных достоинствах двух видов зимнего ориентирования с позиций подготовки и проведения соревнований.

Подготовка карты. Маркировка получила здесь преимущество прежде всего потому, что требует карты значительно меньшего размера (меньшей площади местности). Сопоставительные примеры здесь весьма выразительны. Так, на чемпионате Москвы 1978 г. полноценная мужская маркировка длиной 17,6 км уместилась на местности чуть более 4 км² (при этом карта масштаба 1:15000 была размером 12х20 см). А на первом чемпионате мира по лыжному ориентированию в заданном направлении в 1975 г. карта соревнований масштаба 1 : 40000 имела размер... афиши об этом чемпионате (50х70 см), т. е. по площади местности составила примерно 280 км². И тем не менее балл преимущества маркировки по этому фактору не так уж велик, поскольку карты для заданного делать проще, не нужно такое количество мелких деталей, особенно на участках местности между дорогами.

Подготовка трассы. Маркировке здесь отдается преимущество прежде всего потому, что общий километраж лыжней в несколько раз меньше. Однако и у заданного есть свои плюсы: все лыжни проходят по дорогам и просекам (или по полям) и их нетрудно готовить механизированным способом, на "Буранах". И не надо прорубать трассу, как нередко приходится делать на маркировке.

Безопасность. Этот фактор в анкете встречается дважды, хотя рассматривается с разных точек зрения. Взгляд на него с позиции организаторов более важен, чем с позиции спортсменов, поскольку организаторам приходится заботиться о безопасности участников. Безопасность особенно важна на соревнованиях школьников, и тут с маркировкой ничто конкурировать не может, даже виды летнего ориентирования.

Творчество при постановке трассы - фактор, непосредственно связанный с требованием к технической подготовке спортсменов, рассматривавшимся в первой группе факторов. Не случайно и столбец, в котором записан победный балл по каждому из этих факторов, и величина их совпадают.

Работа секретариата. О ней мы уже упоминали, говоря о скорости выдачи результатов, интересующей прежде всего спортсменов. Там солидное преимущество получило заданное. С точки зрения организаторов соревнований, оно также явно предпочтительнее, ибо требует значительно меньшего числа судей (не нужны счетчики штрафов).

Наличие пригодной местности. По этому фактору преимущество маркировки перед заданным, требующим местности с большим количеством дорог, велико, потому что маркировка менее привередлива к местности, чем вообще любой другой вид ориентирования, даже летнего. Зимой замерзают непроходимые болота, реки, покрываются снегом поля. В итоге как бы возрождаются для ориентирования недозволенные, а также неинтересные или вовсе не доступные летом места - поймы больших рек с многочисленными старицами и протоками, обрабатываемые сельскохозяйственные угодья, заболоченные берега озер и водохранилищ. Появляется возможность включать в игру сразу оба берега малых и средних рек.

Защита природы. Преимущество заданного перед маркировкой вызвано тем, что на ней трассу частенько приходится прорубать. Правда, коренной лес при этом не затрагивается, под топор попадают лишь подлесок и кустарник, но природоохранные требования сейчас настолько высоки, что все меньше становится лесов, где и такая прорубка допустима. (Заметим, что этот фактор связан с предыдущим - он ограничивает выбор местности, сдвигает маркированную трассу в редкие леса, перелески, открытую местность.)

Наконец, последние два фактора, заинтересованность в которых в равной степени проявляют и спортсмены и судьи.

Зрелищность. Видимо, на оценки экспертов по данному фактору повлияло распространенное представление о том, что ориентирование является незрелищным видом спорта. И хотя победила маркировка, но с таким микроскопическим преимуществом, что вполне можно было бы говорить о нулевой ничьей. Автор, однако, согласиться с этим не может и вынужден в единственном для всей анкеты случае высказать свое, особое мнение. Да, ориентирование вообще незрелищно, и попытки вывести его на экран телевизора почти ничего не дают для глубокого проникновения в существо этого вида спорта. Однако если уж что есть зрелищного в ориентировании, так это именно маркировка, точнее эстафета на маркированной трассе. Остается только предположить, что многие эксперты не присутствовали в качестве зрителей на хорошо организованной эстафете.

Перспектива развития лыжного ориентирования. Комментируя оценки по отдельным факторам, мы уже касались некоторых возможностей такого развития. Большинство из наших намеков пришлось на долю маркировки. Повышенная по сравнению с заданным перспективность ее нашла отражение и в коллективной оценке экспертов по этому фактору. Преимущество маркировки здесь довольно небольшое, значит, некоторые эксперты считают, что хорошие перспективы для совершенствования есть и у заданного.

Итак, общий счет своеобразного соревнования двух видов лыжного ориентирования - 7:6 в пользу маркировки. Победа, в общем-то, шаткая. Следовательно, соперничество видов будет продолжено и, несомненно, окажется плодотворным для развития каждого из них.

МАРКИРОВАННАЯ ТРАССА

СОДЕРЖАНИЕ ЗАДАЧ

Соперничество спортсменов на маркировке в основном косвенное и осуществляется через задачи, ставящиеся постановщиком трассы. Задачи эти могут быть различными. В методической литературе обычно выделяются три разновидности их на маркировке: "на выбор" (имеется в виду выбор на карте одного правильного объекта местности из двух или нескольких ему подобных), "на чтение карты" и "на параллельные ситуации". Такая классификация задач, исходящая из оценки постановщиком трассы поведения спортсмена при определении им местоположения (В литературе по ориентированию встречаются два практически равнозначных термина - "местоположение" и "местонахождение". Мы будем различать их, употребляя первый - по отношению к контрольным пунктам, а второй - по отношению к спортсменам) того или иного КП, позволяет судьям-дистанциопникам внести определенную систему в планирование конкретной трассы. Однако с точки зрения спортсмена такая классификация недостаточно четкая, так как указанные задачи довольно близки между собой, а иногда даже переплетаются. Мы отметим два принципа анализа задач на маркировке, основанных на оценке спортсменами действий постановщиков и поэтому позволяющих рассматривать эти задачи со спортивной точки зрения. Но вначале изложим логику опытного начальника дистанции и ряд положений, принятых в практике постановки маркированных трасс.

Итак, все технические задачи на маркировке состоят в конечном счете в определении единственно правильного ориентира из двух или нескольких ему подобных. Начальник дистанции не обязательно должен ставить задачи на каждом КП - некоторые из них могут носить вспомогательный характер, т. е. служить для подготовки или завершения задач других КП. Но там, где задача ставится, начальник дистанции обязан дать участникам достаточные средства для ее решения. В качестве подобных средств рассматриваются различные ориентиры, которые постановщик трассы показывает под тем или иным ракурсом движущимся по трассе спортсменам. Ориентиров может быть несколько (даже много), но обычно один из них играет основную роль в раскрытии тайны контрольного пункта. Такие главные ориентиры постановщики трасс называют привязками. Термин этот предполагает наличие некоторой локальной черты (детали) местности, а она, вообще говоря, для строгого определения КП не обязательна.

Можно представить, например, что два соседних и очень схожих на карте объекта (полянки, бугорки и т. п.) находятся в разной по своему характеру местности: один - в обычном лесу, другой - в труднопроходимом, отраженном на карте зеленым цветом, или на склоне и на равнинном участке. В обоих случаях каждый из объектов легко опознается на местности. Таким образом, кроме индивидуальных черт объектов спортсмену важны и сведения о свойстве местности в окрестностях данных объектов. А это значит, что правильнее говорить не о привязке КП, а о раскрывающей КП информации, или о ключе КП. Эта информация может находиться перед КП (передний ключ), на самом КП (ключ на КП), после КП (задний ключ), а также в неопределенной области в. окрестностях КП (подходящего термина нет, поэтому далее будем говорить о фоновой информации).

Выделение места расположения относительно КП решающей информации может быть очень полезным для спортивного анализа маркировки и служить как раз одним из двух принципов, о которых мы говорили выше.

Отметим, что на современных маркировках большинство КП имеют либо передний, либо задний ключи (либо - оба), в то время как решающая информация на самом КП, или фоновая, встречается редко. Первая - из-за недостаточности информации при обычной для современных трасс постановке КП на одном объекте из множества, вторая - также из-за насыщенности карт, на которых теперь трудно найти участок без дополнительной информации (кроме фоновой).

Второй принцип анализа трасс и задач на КП - выделение характера размещения по трассе информации, раскрывающей КП, а именно того обстоятельства, приводится ли эта информация в одном месте трассы (концентрированная) или она распределена на значительном ее протяжении (растянутая).

Оба принципа позволяют, в частности, более четко различать указанные в начале раздела основные задачи - "на выбор", "на чтение карты", "на параллельные ситуации". Так, в соответствии со вторым принципом задача "на выбор" служит задачей с концентрированной информацией: для ее решения важны лишь 1-2 ориентира (или признака местности) - разных для каждого из сопоставляемых объектов-близнецов. В то же время задачи "на чтение карты" и "на параллельные ситуации" являются задачами с растянутой информацией. Существенное отличие задач такого типа состоит в том, что они основаны на использовании цепочки ориентиров, находящейся на карте в стороне от истинной нитки трассы ("параллельной" ей), - чтобы сбить спортсмена с этой нитки и не дать ему заметить свою ошибку. Подчеркнем, что подобная идея используется постановщиком трасс в обеих задачах с растянутой информацией ("на чтение карты" и "на параллельные ситуации"), но реализуется разными способами.

Так, классическая задача "на параллельные ситуации" основана на подборе участка местности с двумя (редко - тремя) параллельными сочетаниями схожих ориентиров и на некотором психическом воздействии на спортсменов. При этом информация о местности используется постановщиком трассы для двух целей: чтобы сообщить спортсменам необходимую сумму признаков для надежного опознания данного района местности, а также чтобы запутать самых легковерных из них с помощью частого показа ориентиров, похожих на ориентиры, встречающиеся на той (параллельной) нитке трассы, на которую мысленно (по карте) могут себя вывести спортсмены - уговорить, что они находятся совсем в другом месте карты.

Неплохой иллюстрацией задачи "на параллельные ситуации" мог бы послужить рис. 3, если бы на нем не было полянок у дороги Б - Б, а мелкие объекты-близнецы на каждой из расходящихся к северу дорог (бугорки, полянки, отрожки оврагов) заметнее отличались бы друг от друга.

Как видим, для задачи "на параллельные ситуации" требуется соответствующий подбор местности. Однако местность не самое главное. Важнее прокладка трассы (лыжни) - такая, чтобы спортсмены могли увидеть на ней именно то, что хочет им показать постановщик, и увидели именно так, как ему надо, чтобы одновременно и запутать, и дать информацию для расшифровки КП. Подобная постановка трассы - большое искусство, требует немалого труда, отчего задача "на параллельные ситуации" встречается не так уж часто.

Ее заменителем обычно служит другая задача с растянутой информацией-"на чтение карты". В отличие от предыдущей она использует в основном ограниченность зрения спортсмена, усугубленную условиями соревнований (слезы от холодного ветра на спусках, смена освещения при выходе трассы в солнечный день из лесу на открытое место). Кроме того, некоторые свойства психики: торопливость на трассе, фантазия, склонность к оптимистическому самоуговариванию: "Все в порядке... Я знаю, где нахожусь..." Для создания достаточно сложных задач "на чтение карты" также необходимо подобрать соответствующую местность, насыщенную мелкими однотипными ориентирами. И если такая местность подобрана, то далее постановщики трассы могут полагаться уже на помощь самих спортсменов, на то, что они, не успевая во всех подробностях читать и сопоставлять карту и местность и подгоняя видимое под действительное, нафантазируют такие параллельные ситуации, каких не снилось даже постановщикам.

Отметим также, что осуществлению коварных замыслов постановщиков трассы помогает то, что спортсмены не могут видеть местность с точки, откуда обозревается модель местности, ее карта, т. е. сверху. Они смотрят на нее снизу и сбоку, как бы вскользь по отношению к объектам местности, в особенности к удаленным на несколько десятков или даже сотен метров. В результате у спортсменов складывается искаженное, расплывчатое представление о форме встречающихся ориентиров. Особенно искаженно воспринимаются удаленный бугристый рельеф (микрорельеф в парковом лесу и на открытом пространстве), дальние кромки больших полян и контуров растительности, форма узких полян и прогалов, которые показываются спортсмену торцом. Существенно искажает изображенный на карте облик местности и снежный покров. В снежные зимы или вскоре после снегопада едва заметны тропы, просеки, даже дороги (Это, вообще говоря, брак в работе службы дистанции. На хорошо подготовленной маркировке она обязана прокатать все тропы, дороги и просеки, нанесенные на карту, причем способом, отличным от обычных лыжней,-например, тройным лыжным следом). Искажается форма полян в смешанном лесу (особенно когда с одного края поляны лес хвойный, а с другого - молодой лиственный). Часто бывает трудно отличить озеро от болота (и даже от поляны).

МЕТОДЫ ОРИЕНТИРОВАНИЯ

В современной спортивной практике спортсмены высокой квалификации используют два принципиально различных метода ориентирования на маркированной трассе: метод прогнозирования (или опережающего чтения карты) и метод восстановления (бег по памяти, "векторное ориентирование").

Метод прогнозирования состоит в следующем. Перед началом движения по трассе, находясь на некоей опорной точке (на старте или перед уходом с очередного КП, а также на достоверно определенном промежуточном ориентире), спортсмен осматривает участок карты в направлении предполагаемого движения, запоминает основные ожидаемые на пути ориентиры (просеки, дороги, поляны, возвышенности, впадины) и затем, двигаясь по трассе, взглядом и мысленно регистрирует эти ориентиры, не останавливаясь, даже не замедляя движения и не глядя в карту. После резкого изменения направления трассы или после достижения границы запоминания карты, если направление движения сохраняется (такая граница находится в 100-400 м от опорной точки, в зависимости от насыщенности карты), спортсмен фиксирует на карте новую опорную точку, которая соответствует его местонахождению в этот момент, и снова делает прогноз ожидаемых на трассе ориентиров.

Метод восстановления заключается в движении по трассе как бы в долг (по отношению к карте), без обращения к карте, но с внимательным обзором местности и стремлением запомнить встречающиеся ориентиры и свой путь. Или даже - в движении без запоминания ориентиров и пути, но с непрерывным ощущением себя в пространстве, когда спортсмен стремится создать интуитивное, но достаточно четкое представление о том, в каком направлении и на каком расстоянии от последней, достоверно определенной на карте точки он находится в каждый текущий момент ("вектор перемещения").

Опишем теперь более подробно характер ориентирования спортсмена на маркированной трассе при использовании каждого из упомянутых методов. При этом заметим, что метод прогнозирования известен давно и применяется большинством спортсменов, добивающихся успехов на маркировке, в то время как метод восстановления в своем осознанном и методически стройном виде сравнительно молод; им пользуются лишь некоторые спортсмены, обладающие хорошей зрительной памятью и обостренным пространственным воображением.

Метод прогнозирования. Можно выделить три уровня прогнозирования местности и ориентиров на предполагаемом продолжении трассы - по детальности (глубине) такого прогнозирования.

Первый уровень - общий обзор карты в направлении движения. Цель этого предварительного и приближенного (фонового) прогнозирования состоит в оценке сложности ожидаемой местности, насыщенности ее ориентирами, а значит, и потенциально опасными точками, в которых начальник трассы может поставить КП или которые могут послужить привязками к точкам КП.

В зависимости от вывода, полученного на первом уровне прогнозирования, выбирается темп бега по трассе, а также примерно намечается, через сколько времени (метров) надо снова взглянуть на карту. Все оценки здесь носят форму мысленных приказов себе: "Сильно", "Спокойно", "Очень осторожно" (о целесообразном темпе), "Скоро", "Сразу за дорогой", "Через 500 м, если трасса не повернет" (о месте очередного обращения к карте). На этом уровне также формируется мысленный образ карты (именно карты!), весьма обобщенно отражающий ожидаемую местность с ограничивающими ее рамками (линейными ориентирами), "показанными" на таком образе карты весьма приближенно. Если местность проста и не содержит, на взгляд спортсмена, опасных мест в непосредственной близости, между первым уровнем прогнозирования и следующим есть заметный промежуток времени (отрезок трассы). В противном случае в сознании спортсмена происходит быстрый переход на следующий уровень прогнозирования.

Рис. 4

Задача прогноза второго уровня - представить, в чем именно состоит опасность и в каком направлении ее ожидать. Спортсмен, как и на первом уровне, формирует мысленный образ карты (снова карты!) ожидаемой местности, но уже с выделением на ней опасных зон, и отмечает характер "опасных" ориентиров в каждой из них. Ограничивающие ориентиры в этом образе обозначаются уже более четко.

Наконец, третий уровень прогнозирования. Такой прогноз (краткосрочный) делается уже тогда, когда спортсмен чувствует (видит по карте), что приближается вплотную к одной из опасных зон и должен попытаться увидеть опасность, т. е. представить мысленно приближающуюся местность и те схожие ориентиры (их вид и взаимное расположение), на одном из которых возможно будет стоять КП. Одновременно в памяти держится и зрительный образ локального участка карты, а также ограничивающих его ориентиров.

Проиллюстрируем описанные уровни прогнозирования на маркировке с помощью рис. 4. Допустим, спортсмен находится в точке А и движется на север (направление указано стрелкой). Взглянув на карту в этой точке, он может уверенно предположить, что КП будет не скоро, так как мест для его постановки в направлении движения поблизости нет. А если и есть (полянка до поперечной дороги, вторая - сразу за ней да парочка полянок подальше), то они простые, и можно привязаться прямо там, если потребуется. "Можно идти сильно до дороги и еще 400-500 м за нее",-приказывает он себе. Одновременно у него формируется обобщенный мысленный образ этого фрагмента карты (рис. 5, а).

В точке Б (см. рис. 4), незадолго до пересечения трассой одной из двух наклонных и пересекающихся между собой дорог, которые спортсмен все еще держит в памяти, он снова смотрит на карту, сбавляя скорость бега. "Опасность приблизилась, - фиксирует он. - КП надо ждать или в переплетении дорог, или в отрогах одного из оврагов". Мысленный образ карты слегка конкретизируется (рис. 5, б).

Рис. 5

Спортсмен находится в точке В (см. рис. 4) - пересек дорогу и уходит от нее на восток (чуть севернее востока). Рядом, впереди, "опасные" ориентиры. Быстро проскакивают в сознании, не оставляя следа, прогнозы первого и второго уровней. Возникает предположение, что КП - в вершине одного из отрожков оврага. Спортсмен знает, как обычно в таких случаях делается, и мысленно настраивает себя: "Лыжня резко подойдет к одному из отрожков и затем столь же резко уйдет вправо. На крутом повороте лыжни будет висеть знак КП. Чтобы разобраться, на каком отрожке находится КП и не заработать 2 мин. штрафа, надо идти внимательно, оглядываясь по сторонам. Надо также посмотреть, какой ближайший ориентир или стопор (ограничивающий ориентир) будет за КП. Осторожно - вдруг лыжня сразу пойдет на спуск, в овраг, чтобы мы проскочили все привязки за КП..."

Рис. 6

Примерно такие мысли мелькают в голове. Может быть, не в таком порядке и наверняка быстрее, чем они читаются сейчас. Вся эта настройка занимает 4-5 сек., включая и 2-3-секундный взгляд на карту. И спортсмен продолжает равномерный и настороженный бег по лыжне, сохраняя в памяти возникший у него образ участка местности с двумя отрожками оврага. Отрожками конкретными, одетыми именно в тот лес, который окружает спортсмена в этом месте трассы. А кусочек карты, который он держит в памяти, почти уже не отличается от того, что на ней изображено на самом деле (рис. 5, в). О том, когда надо в очередной раз взглянуть на карту, спортсмен не думает, он весь настроен на КП. О карте же он вспомнит или уже на КП, или через 1,5-2 мин., когда с облегчением почувствует, что его обманули: лыжня прошла мимо отрожков, а КП где-то дальше. Именно через эти 1,5-2 мин. спортсмен опять окажется на очередной точке А, потом будет точка Б - и все повторится.

Конечно, на разной местности и даже на разных участках одной и той же местности время смены одного уровня прогнозирования другим разное. Вполне очевидно также, что на местности не очень богатой мелкими деталями, между первым и вторым уровнями прогнозирования будет пауза и спортсмен сможет прокатиться по коридору, выделенному ограничивающими ориентирами при первом (грубом) прогнозе. Напротив, на очень насыщенной карте все уровни прогнозирования сливаются. Это означает, что для спортсмена важным останется только краткосрочный прогноз и что вся трасса преодолевается в напряженном ожидании КП.

Отметим также, что процесс выработки на трассе прогнозов не ограничивается уровнями прогнозирования, о которых мы рассказывали и которые обеспечивают тактически грамотный предусмотрительный подход к данному КП. Есть еще один, завершающий уровень прогнозирования, предназначенный для проверки правильности определения местоположения КП. Выполняя такую проверку, спортсмен на КП поступает так же, как поступал в точке В, - делает краткосрочный прогноз в направлении ухода трассы, четко представляя себе, как будет выглядеть ближайший ориентир, и имея мысленную фотографию карты в окрестностях этого ориентира. В нашем примере (см. рис. 4), если КП стоит в вершине восточного отрожка и спортсмен собирается это проверить, то при повороте трассы от КП на юго-восток он должен предвидеть, что через 40- 50 м попадется просека. И если она вдвое дальше, то у спортсмена появится основание считать, что он ошибся в определении местоположения КП и что пункт поставлен в вершине западного отрожка.

Таковы сущность и содержание метода прогнозирования при прохождении маркированной трассы.

Метод восстановления. Точнее, речь пойдет о разновидности этого метода, связанной с некоторым систематическим запоминанием. При изложении мы используем описание, предоставленное автору томским ориентировщиком Ю. Федоровым, который в течение ряда лет методично осваивал его в применении к различной местности.

Суть метода: при прохождении участка между КП спортсмен регулярно фиксирует и запоминает два параметра: базовую прямую и угол ухода трассы относительно этой базовой прямой. Смысл названных параметров ясен из рис. 6. Базовая прямая изображена на нем штрихпунктиром, трасса - жирными точками. В нашем примере участник после старта бежит по дороге не думая, но как только трасса уйдет вправо, он мысленно проводит по дороге базовую прямую 1-1 и запоминает (естественно, на ходу) угол ухода трассы. Угол фиксируется в памяти не в числовом выражении, а на глаз - точность такой оценки достаточно высока. Запомнив прямую 1-1 и угол ухода с нее, спортсмен бежит дальше, поднимается на бугорок. При этом он старается запомнить, что дистанция не влияла после ухода с дороги и что на бугорок трасса поднялась перпендикулярно его продольной оси. Запомнив это, впоследствии он точно определит, на каком бугре был. Далее, спортсмен мысленно проводит вторую базовую прямую - по оси бугорка и запоминает, под каким углом он ушел с прямой 2-2. Запоминает также, что лыжня затем сделала небольшой изгиб, вошла в отрожек поляны, повернула по ней влево, ушла с нее перпендикулярно дальней ее границе, базовой прямой 3-3. (Подчеркнем, что на трассе важно заметить и запомнить, в каком именно месте объекта лыжня пересекла базовую прямую - рис.7.)

Итак, трасса подошла к дороге - базовая прямая 4-4. Спортсмен посмотрел по сторонам. Слева дорога имеет резкий поворот на север. Примерно перпендикулярно (чуть правее) трасса ушла с дороги и, пройдя некоторое расстояние в этом направлении, скатилась в ямку - КП 1.

На КП спортсмен, глядя на карту, восстанавливает в памяти по порядку все базовые прямые и углы ухода с них (основная информация), а также то, что успел заметить на трассе,-лыжня не виляла, бугор пересек посередине и т. п. (второстепенная информация). Восстанавливая все это, спортсмен мысленно видит, словно кто-то рисует нитку дистанции у него на карте.

Рис. 7

Для надежного ориентирования следует обязательно восстанавливать весь путь, от КП до КП, чтобы все стало на свои места. Этим решаются сразу две задачи - определение местоположения КП, к которому спортсмен вышел, и проверка предыдущего КП, который ему предстоит нанести на свою карту. Двигаясь по трассе, спортсмен может почувствовать, что перегрузил свою память и ему полезно освободиться от накопленной информации. Тогда необходимо поделить перегон между КП на отрезки, выбирая наиболее крупные и выделяющиеся ориентиры (опорные) на пути от КП до КП. При этом он должен тормозить на таких ориентирах и восстанавливать мысленно весь путь от предыдущего КП до первого опорного ориентира, от него - до следующего и т. д.

Так выглядит общая схема одной из разновидностей метода восстановления.

Вообще же разновидности этого метода зависят от индивидуальных особенностей спортсмена. Так, ленинградский ориентировщик С. Кузнецов, применяющий в соревнованиях по маркировке метод восстановления, использует форму, которую можно назвать "векторной". Он проходит трассу, восстанавливая свой путь на карте как бы по кускам длиной 150-500 м (в зависимости от насыщенности местности ориентирами). Преодолевая это расстояние, он не глядит в карту и не особенно тщательно разглядывает и запоминает местность, но следит за направлением и удалением от предыдущей точки и отыскивает затем на карте приметный ориентир, на который выводит трасса. Таким образом, в памяти хранится не местность, а "вектор перемещения" спортсмена по трассе. "Векторная" разновидность позволяет отбрасывать часть информации местности и карты, в том числе и почти все мелкую, чем, между прочим, приближается к летнему стилю ориентирования.

Описанные методы ориентирования на маркировке существенно отличаются друг от друга не только .по характеру, действиям спортсмена на трассе, но и по возможному влиянию на конечный результат.

Метод прогнозирования при последовательном и аккуратном применении эффективно страхует спортсмена от больших ошибок на КП и продолжительных остановок на трассе для восстановления пройденного пути. Однако он снижает среднюю скорость непосредственного движения на лыжах. На картах, не очень насыщенных деталями, с крупными, выделяющимися по своему виду и потому легко запоминающимися ориентирами выигрыш за счет уменьшения суммарной ошибки может не скомпенсировать потерю от снижения скорости бега.

Метод восстановления, требующий сравнительно редкого чтения карты, повышает среднюю скорость передвижения по трассе между КП или между опорными ориентирами, но увеличивает возможность ошибки и ее величину. Кроме того, при его использовании может снижаться и средняя скорость вследствие затрат времени на восстановление на промежуточных (опорных) ориентирах и на КП. Все это при достаточно насыщенных картах и сложной местности с большой вероятностью может привести к тому, что выигрыш в скорости будет съеден потерей времени на восстановление и повышенным штрафом за ошибки на КП.

Отметим два обстоятельства, благодаря которым метод прогнозирования принципиально более точен, чем метод восстановления.

Первое. В зимнем лесу из-за снежного покрова, особенно вскоре после снегопада, когда снег лежит на ветках деревьев, а дороги, просеки и тропы еще не раскатаны, ряд ориентиров (канавы, тропы, просеки, старые дороги) так плохо виден, что в большинстве случаев их можно заметить лишь тогда, когда ждешь.

Второе. Карта запоминается лучше местности, потому что мысленный образ карты четок и стабилен, так как формируется при взгляде на одно и то же плоское изображение из одной и той же точки, в отличие от мысленного образа местности, который является неустойчивым отражением многих беглых взглядов на местность под случайными ракурсами, в разных ее местах. В результате "память узнавания" - при сличении видимой местности с ранее сформированной в воображении спортсмена ее моделью, картой, сильнее обратной ей "памяти восстановления" - при сличении карты с расплывчатым образом местности.

Эффективность метода восстановления заметно снижается и на участках трассы с частой и резкой сменой направления лыжни (напомним, что выше, при описании этого метода с помощью рис. 6, не случайно отмечалось, что на отрезке от базовой прямой 1-1 до бугорка трасса не виляла). Действительно, трудно представить, что использует спортсмен в качестве базовой прямой, если лыжня часто поворачивает на пустом месте ("в молоке"): тогда ему, видимо, придется заняться мысленным суммированием и вычитанием углов поворотов, и если их будет много (даже несколько), он почти наверняка сделает ошибку. То же можно сказать и по поводу "вектора перемещения" в модификации метода, используемой С. Кузнецовым.

Итак, описанные методы ориентирования на маркированной трассе имеют свои недостатки и достоинства. Однако рекомендовать лишь один из них на том основании, что он лучше другого, нельзя. Методы эти разные, каждый имеет свое назначение и область использования-в зависимости от характера местности, от насыщенности карты ориентирами и ее читаемости, от индивидуальных свойств спортсмена и задач, стоящих перед ним на данном соревновании. Поэтому ориентировщик уровня кандидата в мастера и выше должен владеть обоими методами и их разновидностями. При определенном уровне физической и технической подготовленности спортсмена его результат в соревновании будет прямо зависеть от того, насколько правильным, т. е. соответствующим трассе и другим конкретным условиям соревнования, окажется выбранное им сочетание различных методов ориентирования.

В связи с этим последним утверждением методы ориентирования можно сравнить с лыжными ходами - двухшажным попеременным и одновременным, с его модификациями - одношажным, бесшажным и др. Ясно, что любой опытный лыжник не проходит трассу одним каким-то лыжным ходом, а стремится к наилучшей комбинации их, в зависимости от скольжения и рельефа. Продолжая это сравнение, можно отметить, что как в лыжах есть основной (базовый) ход - попеременный, так и в ориентировании на маркировке есть основной метод - прогнозирования. Он должен применяться всегда и на всех трассах хотя бы в одном весьма важном случае - при уходе с КП и проверке точности его определения на карте.

Преимущества метода прогнозирования особенно очевидны при системе неограниченного начисления штрафа за ошибку на одном КП, когда единственная небрежность на трассе может обойтись спортсмену дополнительным грузом в 10-15 мин. в его конечном результате. Изменение же системы начисления штрафов за ошибки может привести к переоценке соотношения этих методов в сторону более рискованного метода восстановления.

ПРИЕМЫ ПОСТАНОВЩИКОВ ТРАСС И МЕСТНОСТЬ

Здесь мы остановимся на том, как и с помощью каких приемов общее свойство всех задач на маркированной трассе (похожесть ориентиров как на карте, так и на местности) реализуется на конкретных трассах их авторами - постановщиками. А также на том, в какой мере и как именно в формировании этих задач участвует сама местность, предлагая начальникам трасс всевозможные комбинации ориентиров, чередование этих комбинаций, смену рельефа,, влияющую на физическую нагрузку спортсменов и скорость их движения на лыжне (а значит, и на восприятие ими местности), смену видимости и обзора, влияющую на качество и объем информации о местности, поступающей спортсменам в каждой точке трассы. При этом мы рассмотрим оба фактора, определяющие техническую сторону маркировки, приемы постановщиков трасс и местность, и именно в таком порядке, подчеркивая тем самым главенствующую роль умения, даже искусства в постановке маркировок.

ПРИЕМЫ ПОСТАНОВЩИКОВ ТРАСС

В своем поединке со спортсменами, регламентированном правилами соревнований и устоявшимися требованиями к техническому совершенству трасс, все постановщики, вообще говоря, стремятся сделать одно - сместить в сторону взгляд спортсменов, фиксирующих на карте (или в памяти - на образе карты) встречаемые ими на трассе ориентиры. И именно в ту сторону, где они могут подыскать себе (на карте!) нечто подобное. Достигается такое смещение разными приемами, набор которых на каждой дистанции определяется местностью, а также принципами и почерком постановщика трассы. Опишем некоторые наиболее употребительные из числа таких приемов.

Целая группа приемов основана на склонности спортсменов, бегущих на трассе, застревать взглядом в ближней по ходу движения ситуации из двух или нескольких сходных ориентиров. Используя это свойство психики спортсменов, постановщик трассы тем или иным приемом обводит ближнюю ситуацию и выводит трассу на другую, более удаленную. На рис. 8-10 проиллюстрированы три таких приема, которые понятны и без пояснений, но некоторые комментарии к ним мы все же сделаем.

На рис. 8 показано, как трасса, проходя вначале по просеке на восток от перекрестка двух квартальных просек, делает затем небольшое обманное движение вправо. Обойдя первую поперечную короткую просеку, она выходит на вторую и по ней направляется на север, туда, где эта просека упирается в продолговатую изогнутую поляну, на северном конце которой расположен КП 3. Можно не сомневаться, что некоторые спортсмены не придадут особого значения обманному движению на просеке запад - восток и мысленно выйдут на первую (западную) из двух коротких просек, в конце которой также есть поляна. Правда, полян там две, они примыкают друг к другу, но в целом они представляют нечто продолговатое и изогнутое, и в северном конце этого "нечто" нетрудно вообразить контрольный пункт. За КП 3 на трассе бросающейся в глаза информации нет, поэтому прокол КП 3 в точке У весьма вероятен. В то же время КП 3 стоит вполне корректно, так как информации, его раскрывающей, вполне достаточно как вблизи КП, так и на трассе за ним: форма поляны, которая все же одна, без перемычки посередине, выход трассы с КПЗ на угол вырубки осуществляется почти строго на север.

Рис. 8

Рис. 9

Прием, показанный на рис. 9, состоит в обходе пучка дорог (в данном случае - двух) в стороне от точки, где этот пучок начинается, с выходом на дальнюю ситуацию - к горке с характерным "носиком" в ее северо-западной части. Осуществляется обход с помощью частого петляния лыжни, при котором спортсмены теряют представление об общем направлении трассы и о расстоянии до КП 6 и выводят себя на такую же горку с "носиком", но расположенную гораздо южнее. Информация, позволяющая, несмотря на петляние лыжни, разгадать местоположение КП 7, - ямка перед контрольным пунктом, два бугорка за ним (того и другого нет на ошибочной версии трассы), направление дороги, по которой трасса уходит из района КП 7 на восток, угол подхода этой дороги к большой поляне у озера и наконец взаимное расположение дорог на перекрестке в углу поляны.

Рис. 10

Рис. 11

На рис. 10 показан прием, основанный на плавном и продолжительном изменении направления трассы при прокладке ее на местности с нечеткими ориентирами. При этом у спортсменов вместо истинной общей схемы трассы (она показана жирными точками) создается впечатление более прямого ее направления, что позволяет постановщику трассы подставить на этом прямом направлении параллель и загородить цепочку ориентиров, на которую в действительности выходит трасса.

Для смещения взгляда спортсмена в сторону от цепочки ориентиров, которую он отслеживает по карте, с успехом используется пересечение линейных ориентиров в неудобных для спортсменов точках. Причины такого неудобства могут быть различными: здесь мы приведем лишь один из приемов этой группы - пересечение канав и просек в тупых углах (рис. 11). Основан он на том, что находясь на едва заметном изломе прямых линий (в точке А), спортсмен не в состоянии определить это глазомерно, так как для проверки угла ему пришлось бы поочередно поворачивать голову в обе стороны и держать в памяти одно из направлений при сравнении его с другим. Естественно, в подобном случае нетрудно ошибиться и мысленно вывести трассу, например, в точку Б или В. Последствия такой ошибки вполне очевидны.

Отметим также некоторые не очень корректные, но применяемые иногда приемы этой группы.

Пересечение просек в понижениях местности - ложбинках, впадинах, ямах (прием этот можно применять, только если склоны не очень круты и просеку отчетливо видно).

Пересечение коротких просек и обрывающихся в лесу дорог близко к их концам (некорректность приема состоит в том, что просека или дорога остается как бы за спиной спортсмена, чтобы ее заметить, надо оглянуться).

Следующая группа приемов, призванная размыть уверенность спортсменов при определении своего местонахождения в каждый момент или даже вовсе выбить почву из-под ног и заставить искать себя по всей карте, - приемы запутывающие. К ним относятся следующие уловки постановщиков трасс.

Частое и головоломное пересечение близко расположенных дорог, троп, просек, особенно рядом с их узлами (рис. 12). Перегрузка внимания спортсменов мелкой, но бросающейся в глаза разнообразной информацией - путем прокладки трассы через скопление полянок, бугорков, ям и других заметных небольших ориентиров. Повторение подряд несколько раз ложных заходов на хорошо различимые на карте параллели - для разрушения бдительности спортсменов, настойчиво пользующихся на трассе методом прогнозирования. С той же целью применяется и постановка серии из 3-6 очень простых ("снотворных") контрольных пунктов.

Рис. 12

Рис. 13

"Бухгалтерские" КП, т. е. пункты, определение местонахождения которых построено на аккуратном подсчете числа пересекаемых трассой однотипных ориентиров (чаще всего просек, как показано на рис. 13).

Наконец, группа психологических приемов, основанных на неожиданном воздействии на психику спортсмена, бегущего по трассе ("шоковые" КП). Приемы эти весьма эффективны, и относиться к ним надо особенно серьезно. Вот несколько таких приемов.

Постановка первого КП очень близко от старта (в 100-200 м) и затем сразу за КП 1 еще 1-2 контрольных пунктов. Все это в расчете на спортсменов, долго не справляющихся с предстартовым волнением.

Постановка последнего КП близко к финишу, когда спортсмен, оглушаемый радиоинформацией с финиша, начинает нервничать: "Где же последний КП? Может, я его уже проскочил не заметив?" Ставить КП у финиша можно и в простых местах, лишь бы трасса попетляла там побольше. Наиболее слабонервные спортсмены все равно ошибутся, постановщик трассы может быть спокоен: на него работает близость финиша.

Рис. 14

Постановка КП близко друг от друга, почти на одном небольшом ориентире (с разных его сторон), после длительной отлучки из района предыдущего КП и замысловатого возвращения в него. Особенно, если это делается 2-3 раза подряд - этакими лепестками, как показано на рис. 14. Лепестковый прием очень эффективен в лесу с подлеском, когда спортсмены не видят рядом стоящих КП или, наоборот, видят женские КП, поставленные на других ориентирах, но в той же кучке.

Пересечение трассы "самой себя" и постановка КП вблизи такого пересечения. До тех пор, пока этот прием не распространен, некоторые спортсмены, несомненно будут попадаться на него. Запретов в Правилах соревнований для подобного приема не существует, нет и серьезных соображений против его использования. Есть лишь одно противопоказание - спортсмены могут сбиться с лыжни, так как ее разметка на пересекающихся трассах одинакова (в отличие от часто встречающегося случая пересечения мужской и женской трасс). Однако возражение это легко снимается, если пересечение устраивать в удобном месте (в лесу с подлеском), четкое, под прямым углом, и оповещать о нем спортсменов специальным знаком. В ряде случаев есть возможность устраивать самопересечения трассы незаметно для участников - на разных уровнях (используя мосты через речки или даже, на очень крупных соревнованиях, сооружая специальные мосты, как это делается на трассах лыжных гонок).

Мы описали здесь лишь некоторые приемы постановки трасс, разные по характеру исполнения и воздействию на спортсменов. Безусловно, перечень их можно было бы продолжить. Но не будем пытаться "объять необъятное", укажем лишь общие правила поведения спортсмена на маркированной трассе, позволяющие ему быть менее уязвимым по той или иной группе приемов в противоборстве с постановщиком маркировки.

Приемы, поправленные на мысленный вывод спортсменов на ближнюю параллель (или "параллельную ситуацию"). Противоядие - последовательное использование на трассе метода прогнозирования. При этом необходимо помнить, что искушенный начальник дистанции против искушенного спортсмена может провести и лжеприем, т. е. подставить под взгляд спортсмена обе "параллельные ситуации" на карте, сделать вид (с помощью трассы), что ближнюю ситуацию он обводит, а потом вывести трассу все же на... ближнюю ситуацию.

Пересечение линейных ориентиров в неудобных точках. Для успешного противодействия приемам этой группы надо, во-первых, знать набор таких точек (он не столь уж и большой), во-вторых, ждать их на трассе, а заметив на карте, проверять себя по другим ориентирам с помощью того же метода прогнозирования.

Запутывающие приемы. Обнаруживаются, когда спортсмен замечает, что в переплетении линейных ориентиров или в гуще разной мелочи лыжня начинает сильно петлять. Противодействовать такому "задурманиванию" головы трудно: спортсмен не знает, хочет ли постановщик трассы просто запутать его и увести в другой район, чтобы лишить четкого представления о точке входа в этот новый район, или подготавливает КП, который поблизости и поставит.

Спортсмен, таким образом, стоит перед трудным выбором - сбавить скорость, тщательно вычитывая карту и прогнозируя трассу, или бежать дальше, не сбавляя скорости, пытаясь лишь в общих чертах определить место выхода из лабиринта линейных (или мелких) ориентиров. Правильно сделать такой выбор можно, лишь потратив некоторое время на обзор карты в районе петляния в целом и оценив, опасен ли район с точки зрения трудности расшифровки возможных КП задними привязками. И если район не очень спасен, можно двигаться по трассе, не снижая скорости, лишь выбрав на карте некую центральную точку района и стараясь все время мысленно ощутить свое местонахождение относительно нее (на рис. 12, которым иллюстрировался этот прием, центральной точкой может служить Г-образный перекресток просек).

"Бухгалтерские" КП. Если местность в их районе не содержит других четких ориентиров, делающих ненужной "бухгалтерию", ничего не поделаешь - надо считать. Можно лишь заметить, что "бухгалтерские" КП встречаются на современных маркировках все реже - спортсмены не очень-то уважают постановщиков трасс, которые заставляют их на дистанции загибать пальцы. Особенно на двух руках.

"Шоковые" КП. Конечно, неожиданности на то и неожиданности, чтобы сваливаться на голову спортсмена в самый неподходящий момент. Поэтому можно дать лишь самый общий совет - готовиться к любым неожиданностям в соревнованиях и соответствующим образом настраивать себя перед стартом. Что касается неожиданностей, которые вполне можно ожидать (о них уже было сказано выше), то, чтобы предвидеть их, спортсмены должны серьезно знакомиться с разными маркировками, в том числе и с теми, на которых сами не выступали, обмениваясь мнениями (с картами в руках) с товарищами по сборам, беседуя с постановщиками трасс, изучая по прежним трассам почерк постановщиков, которые будут ставить трассы на предстоящих (особенно ответственных) соревнованиях сезона. Серьезный ориентировщик, тем более специализирующийся на маркировке, должен быть эрудитом в своей тактической подготовке, если хочет выступать на высоком уровне стабильно. Как и квалифицированному шахматисту, ему необходимо знать все стандартные "дебюты", "миттельшпили" и "эндшпили". А также помнить и творчески усвоить как можно больше партий - "сыгранных" трасс, им самим и другими спортсменами.

МЕСТНОСТЬ

Теперь остановимся на значении местности в создании задач на трассах и в формировании их технического содержания.

Местность, на которой в нашей стране проводятся зимние соревнования на маркированной трассе, очень разнообразна. Однако для более рациональной подготовки спортсменов можно свести ее к нескольким типам, используя для такой условной классификации не только географические (ландшафтные) признаки, но и влияние местности на спортивные результаты.

Приведем типы местности (ТМ), выделенные из всего ее разнообразия в результате специального анализа большого количества карт и результатов соревнований на маркировке, причем к одному определенному типу будем относить такую местность, на которой явно преобладают (по крайней мере, по длине трассы) ориентиры одного характера и которая одинаково на всем своем протяжении воспринимается спортсменами с точки зрения физической нагрузки,

ТМ I. Мелкий рельеф. Местность с перепадами высот на отдельных формах рельефа от 2 до 10 м. География ТМ I чрезвычайно широка - от Прибалтики до самых восточных и даже северо-восточных районов страны. Он встречается почти всюду на террасах средних и крупных рек. Есть две разновидности такого рельефа: неправильный (беспорядочно расположенные горки и понижения произвольной формы) и правильный (вытянутой, "сосисочной" формы бугры и ямы, ориентированные в одном направлении, например в направлении отступления ледников или по течению рек). Обе эти разновидности показаны на цветных картах К. 3 и К 4.

ТМ II. Средний рельеф. Как правило, состоит только из возвышенностей - отдельно расположенных холмов высотой 10-30 м с пологими склонами. Встречается в основном в Прибалтийских республиках, Белоруссии, Ленинградской области и Карелии. Участки среднего рельефа попадаются в Северном Казахстане (Боровое) и в предгорьях Урала (на восточном склоне). Как и для ТМ I, есть две разновидности местности этого типа - неправильная (беспорядочно расположенные холмы) и правильная (гряды, ориентированные, например, по движению ледников). Обе разновидности показаны на цветных картах К 5 и К 6.

ТМ III. Куполообразный рельеф. Крупные, высотой от 30 до 100 м и более, обычно круглые в плане холмы с пологими склонами. Для этого рельефа характерны скальные стенки и останцы на вершинах, склонах и у подножия "куполов". Очень распространен на восточной стороне Урала и потому вполне может именоваться рельефом уральского типа. Встречается также в Северной Карелии, на Кольском полуострове, в Восточной Сибири. Образец местности такого типа показан на цветной карте К. 7.

ТМ IV. Хребтово-лощинный рельеф. От овражистого отличается тем, что не имеет больших равнинных участков, а склоны лощин сравнительно мягкие (пологие). Мелких деталей, в том числе и лощинок, немного. Перепады на встречающейся в зимних соревнованиях местности такого типа 30-50 м. Перепады более 100 м используются редко - из-за сложности выбора мест для безопасных спусков. Распространен от Карпат до Восточной Сибири и Дальнего Востока. Обычен для северной части Украины, Белоруссии, предгорьев Урала, Новосибирской и Иркутской областей. Пример местности этого типа приведен на цветной карте К8.

ТМ V. Овражистый рельеф. Обычен для средней полосы - Московской, Тульской областей, районов Средней Волги, однако встречается и в Сибири (в Томской области), на Урале (особенно с западной его стороны), даже в Прибалтике - в Литве и в Латвии (в долине Гауи). Перепады на такой местности средние (10-40 м), но при постановке дистанций часто возникают трудности в выборе места для пересечения оврагов. Пример овражистой местности, типичной для Подмосковья, приведен на цветной карте К. 9.

ТМ VI. Пойменный рельеф (точнее ландшафт, так как в пойме характерна и растительность - заросли кустарников). Путевку в маркированную трассу этому типу местности дали ориентировщики Горького. У них в долинах Оки и Волги такого рельефа сколько угодно. Вслед за ними пойму на маркировке стали использовать и в других районах, где есть равнинные реки (кстати, в долинах небольших рек пойма иногда бывает даже интереснее, сложнее: такова, например, местами пойма Клязьмы). Фрагмент типичной поймы приведен на цветной карте К 10.

ТМ VII. "Паутинистая" местность. В географии такого термина, разумеется, нет, но трудно найти другой более подходящий для равнинной (точнее, выравненной, плоской) местности, которая на спортивной карте вся в паутине "линеек" - дорог, троп и просек. Такая местность, спутница больших городов, часто встречается даже е их черте, в лесопарках. Можно ее найти и вдали от городов: "паутинистым" обычно бывает большой остров леса в лесостепном районе. На цветной карте К 11 приведен яркий пример местности этого типа.

ТМ VIII. Местность с клочковатой (расчлененной) растительностью. Классический вариант такой местности - Западно-Сибирская лесостепь (К 12), ровная как стол, на заболоченных и открытых просторах которой хаотично разбросаны березовые рощицы - колки. На пестрой карте подобного района больше желтого (полей), чем белого или зеленого (леса). Но есть и другой вариант клочковатой местности, когда вместо клочков леса - поляны (К 13). Ощущение клочковатости карты может создаваться и от местности, на которой много небольших участков посадок разных пород и разных возрастов (а следовательно, и различной проходимости и разного цвета на карте), и от равнины, усыпанной небольшими болотцами, когда одни из них закрыты, а другие поросли лесом и кустами (К 14).

Таковы типы местности, которые оказалось полезным выделить для последующего анализа ее влияния на техническую сложность маркировки. При рассмотрении их, между прочим, было установлено, что для специальной классификации местности нецелесообразно использовать такой признак, как широта обзора (т. е. различать местность открытую и заросшую лесом или кустарником). Нецелесообразно потому, что широта обзора местности влияет на ее восприятие по-разному в каждой конкретной ситуации и в общем случае двояко - или улучшает это восприятие (много видно), или, наоборот, ухудшает его (слишком много видно). Кроме того, все градации зеленого цвета и способы использования желтого цвета на картах служат в основном не для отражения видимости, а для отражения проходимости местности летом.

В соревнованиях на маркировке описанные типы местности не всегда используются в чистом виде. Больше того, местность одного из приведенных выше типов, целиком занимающая карту соревнований или явно преобладающая на ней, встречается примерно на 1/3 соревнований. На остальных же 2/3 используются различные сочетания типов местности.

Необходимо различать два принципиально разных сочетания типов местности: их приложение друг к другу (полученное как бы составлением карты соревнований из разных кусков, относящихся к разным типам местности) и наложение одного типа местности на другой. Приведем примеры таких сочетаний, наиболее часто используемые на маркировках.

В числе сочетаний первого вида (приложения) прежде всего следует упомянуть комбинацию мелкого рельефа (ТМ I) и поймы (ТМ VI) как самую сложную для спортсменов. Наиболее же часто встречается, пожалуй, комбинация овражистого рельефа со вставками между оврагами кусков "паутинистой" равнины (ТМ VII) или "полянистого" леса (ТМ VIII).

Среди сочетаний второго вида (наложения) наиболее распространена комбинация ТМ I+TM VII - натянутая на мелкий рельеф сетка дорог, троп и просек. Довольно часто, особенно в Прибалтике и Ленинградской области, встречается наложение мелкого рельефа (ТМ I) на средний (ТМ II).

Как мы покажем ниже, разные виды комбинаций местности по-разному влияют на техническую сложность трассы, т. е. на средние штрафы.

Несмотря на то что местность в соревнованиях на маркированной трассе чаще используется в сочетании разных ее типов, важно знать и влияние каждого типа, взятого в отдельности, на техническую сторону маркировки. Такое влияние, а также влияние других факторов исследовались нами на материалах большого числа соревнований примерно одинакового уровня с помощью удельного показателя а, отражающего техническую сложность трассы в восприятии ее спортсменами, показавшими лучшие результаты.

Показатель а определялся по следующей формуле: a= (S/N)*(R/1000), где S - средний штраф первых 10 спортсменов в протоколе результатов; N - число КП на трассе; R - ранг соревнований (напомним, что ранг определяется как сумма баллов первых 15 участников, при этом мастер спорта "стоит" 100 баллов, кандидат - 30, спортсмен I разряда - 10; максимальный ранг, таким образом, равен 1500).

Поправка удельного штрафа - S/N путем умножения его на отношение R/1000 введена для того, чтобы смягчить влияние разного состава участников (даже на соревнованиях одинакового масштаба, но проводимых разными организациями и в разных районах страны) на значение показателя а.

Все вычисления проводились по данным за семь лет - с 1972 по 1978 г. При этом использовались только соревнования класса мастеров, принятые в качестве таковых инспекцией и утвержденные Всесоюзной федерацией спортивного ориентирования. Было рассмотрено 143 соревнования. В расчетах не использовались всесоюзные соревнования, а также финальные соревнования РСФСР - как несопоставимые по общему уровню участников с соревнованиями класса мастеров в отдельных районах.

Для удобства расчетов и сопоставлений показатель а вычислялся не в минутах и секундах, а в десятых и сотых долях минуты. Кроме того, вводилась индексация показателя а в зависимости от группировки соревнований и трасс по типам местности и другим признакам. При этом в каждом случае смысл индекса показателя а пояснялся.

В табл. 2 приведены значения показателя аь полученного путем усреднения значения а, вычисленного по приведенной, выше формуле для каждого из рассматриваемых типов местности, взятых в отдельности (усреднение проводилось по числу учтенных трасс, мужских и женских вместе, обозначенному в таблице буквой п).

Таблица 2

ТМ на данной трассе считался чистым, а не смешанным, если преобладающая часть КП (80-90%) была поставлена на местности одного типа.

Как видно из табл 2, самый высокий показатель а1 имеет ТМ I что нетрудно объяснить: мелкий рельеф труднее всего прочитывается на карте и на местности в силу причин, о которых мы уже говорили. Добавим, что мелкий рельеф быстро проскакивает перед глазами спортсменов, так и не успев перевариться в их сознании. Самые низкие значения а1 обнаруживаем у ТМ II, ТМ IV и ТМ VI, что также имеет объяснение: среднехолмистый рельеф и хребтово-лощинный в чистых своих вариантах не доставляют больших трудностей при чтении карты, а отдельные формы этих типов достаточно удалены друг от друга, и спортсмен успевает четко зафиксировать переход между ними. Что же касается пойменной местности (ТМ VI), то небольшое значение показателя а1 можно объяснить тем, что все рассмотренные трассы были поставлены в упорядоченной разновидности поймы, состоящей из длинных, слегка изогнутых, низких гряд и полос кустарника между ними. Ориентирование в такой пойме несложно и состоит в аккуратном подсчете пересекаемых гряд и полосок леса. Известно, однако, что существует пойма, особенно у средних рек, довольно сложная для зимнего ориентирования, - с мелкими резкими вымоинами и беспорядочной россыпью островков леса. Учет трасс и на подобной пойме приведет, видимо, к повышению показателя а1 для этого типа местности.

Остальные типы местности имеют показатели сложности a1 трасс, близкие между собой и близкие к среднему уровню a1 для чистых типов местности вообще (a1=0,48), но все же у ТМ III, ТМ V и ТМ VII значения выше среднего. Объяснение этому находим в свойствах данных типов, которые мы уже отмечали, когда приводили их общую характеристику: в повышении скорости движения спортсменов на длинных спусках (ТМ III) и обилии правдоподобных и затянутых "параллельных ситуаций" (ТМ V, ТМ VII). Местность же последнего типа (ТМ VIII), как правило, легче читается и на карте и в натуре.

Приведенные в табл. 2 значения показателя сложности трасс дают достаточно ясное представление о том, что можно ожидать от каждой местности, и позволяют выбирать соответствующую тактику выступления на маркировке.

Интересно проследить, как комбинации разных типов местности отражаются на сложности трассы. Введем с этой целью показатель сложности комбинированной местности a2, значения которого для четырех наиболее часто встречающихся комбинаций (Тип местности включался в комбинацию, если он охватывал не менее 20% той части карты, по которой проходила трасса) даны в табл. 3. Для сравнения приведем показатель аз, вычисленный как среднее значение показателей a1 типов местности, входящих в каждую комбинацию.

Таблица 3

Прокомментируем таблицу. Во-первых, отметим, что разная по характеру комбинация местности по-разному влияет на сложность трассы. Наложение, например, заметно снижает ее по сравнению с некоторой расчетной (среднеарифметической) сложностью типов местности, которые составляют данную комбинацию (0,54 против 0,70 и 0,35 против 0,54). Происходит так вследствие увеличения насыщенности местности и карты ориентирами. И если эта насыщенность не превышает некоторого предельного уровня (т. е. если карта свободно читается на ходу), то ориентирование облегчается, особенно при появлении новых по содержанию ориентиров. Так, линейные ориентиры, дороги, просеки, наложенные на мелкий рельеф, вырезают из него отдельные куски, значительно облегчая задачу поиска спортсменом своего местонахождения на карте и делая излишним тщательное чтение мелких деталей - бугорков, ямок и т. п. То есть один тип местности как бы раскрывает тайны другого.

Что же касается другого вида комбинации местности (приложения), то здесь показатель сложности a1 может либо сохраниться на уровне исходного среднего (а3) - для второй комбинации (ТМ I+ ТМ VII+TM VIII), либо заметно повыситься для первой комбинации (ТМ I+TM VI). Сохранение сложности во второй комбинации можно объяснить тем, что все три прикладываемых друг к другу типа местности (ТМ I, ТМ VII и ТМ VIII) имеют схожую структуру изображения своих ориентиров на карте, в основе которой лежит некий принцип линейности. Потому и не происходит резкой смены характера ориентирования при переходе трассы из одного типа местности в другой. В первой же комбинации, очевидно, наблюдается несовместимость (с точки зрения ориентирования) двух составляющих ее типов местности - мелкого рельефа (ТМ I) и поймы (ТМ VI). Эту закономерность подтверждает и анализ всесоюзных соревнований за все годы, согласно которому самый большой показатель а (равный 1,47, в среднем для мужчин и женщин) получился на трассах 1970 г., расположенных вблизи Горького, когда использовалась именно эта коварная комбинация - поймы и мелкого рельефа.

Подведем итоги рассмотрения сложности трасс, поставленных на смешанной местности. Различные комбинации на одной карте в большинстве случаев не усложняют для достаточно квалифицированных спортсменов поставленные на такую карту маркированные трассы. Такие комбинации преследуют цель, во-первых, предъявить как можно более разнообразные требования к технической подготовке ориентировщиков (и с помощью этих требований выявить сильнейших), а во-вторых, выровнять условия соревнований для спортсменов, живущих в разных районах страны и имеющих какой-либо свой излюбленный тип местности (и с помощью этого максимально выдержать условие спортивной справедливости). Имея в виду эти два назначения трасс на смешанной местности, спортсмены и должны строить всю свою подготовку к крупным соревнованиям на выезде.

Остановимся теперь на различиях в трактовке содержания и задач маркированной трассы, характерных для разных районов страны (точнее, разных центров ориентирования). Заметим, что различия эти так велики, что можно даже говорить о существовании нескольких школ со своим подходом к постановке маркированных трасс. Ведущую роль среди них в настоящее время занимает, пожалуй, московская, что можно объяснить центральным положением москвичей-дистанционников в комиссиях Федерации спортивного ориентирования страны и прежде всего в спортивно-технической. Заметное влияние на формирование и развитие принципов постановки маркировок оказала и местность Подмосковья, для которой характерно незначительное число районов с мелким беспорядочным рельефом, часто используемым летом для постановки сложных трасс.

Отмеченные обстоятельства повлияли и на отношение к маркировке, и на достижения московских ориентировщиков, спортивные и судейские. Москвичи-спортсмены добились заметных успехов в соревнованиях всесоюзного масштаба на маркировке, уступая в среднем лишь ленинградцам, а судьи-дистанционники имеют в своем активе постановку трасс на всесоюзных соревнованиях, проходивших в Подмосковье в 1967 и 1968 гг. - в период наиболее интенсивного развития маркировки как вида ориентирования, что особенно повлияло на формирование московских принципов планирования маркированных трасс. К числу наиболее значительных из них можно отнести следующие:
1) маркированная трасса по подготовке лыжни и по своему продольному профилю должна быть аналогична дистанции лыжной гонки;
2) трасса должна быть разнообразной по характеру задач и по длине перегонов между КП, и в этом разнообразии не должно быть регулярного чередования;
3) трасса должна охватывать два или несколько участков местности, принципиально разных по характеру ориентиров;
4) наиболее технически совершенные задачи на маркированной трассе - "на параллельные ситуации".

Первый из этих принципов не сугубо московский. Он возник как бы стихийно в разных центрах ориентирования страны в конце 60-х годов, когда в него стали приходить бывшие (или еще выступающие в гонках) лыжники. Туристские трассы большинства маркировок того времени - с мягкими лыжнями, проложенными в день соревнований и накатанными группой 3-5 человек, с извилистыми спусками в угрожающей близости от деревьев, поворотами в конце спусков под прямым углом - никаких других чувств, кроме брезгливости и страха за ноги и лыжи, вызвать не могли. Естественно, лыжиики-ориентировщики, выбиваясь на передовые позиции в маркировке, все настойчивее заявляли об этом недостатке трасс. Да и судьи-дистанционники все чаще убеждались, что маркированные трассы с лыжней, проложенной по-лыжному - с плотной основой, упором для палок, хорошо подготовленными спусками и солидным перепадом высот на трассе, - становятся интереснее и сложнее в техническом отношении. Это закономерно: возросла скорость и мелкие ориентиры стали проскакивать перед глазами быстрее, в более искаженном виде; возросла скорость, значит, повысилась физическая нагрузка и, следовательно, снизилась способность спортсмена быстро и правильно сопоставлять схожие сочетания разных ориентиров. Наконец, спортсмены, особенно бывшие лыжники, стали на маркировке просто втравливаться в лыжную гонку, за что расплачивались штрафом за ошибки на КП.

Второй принцип - разнообразия задач - применительно к маркировке также был сформулирован, видимо, дистанционниками-москвичами (В книге В. Алешина, Е. Иванова и А. Колесникова "Судейство соревнований по ориентированию" (ФиС, 1970)). Однако не все московские специалисты трактуют его одинаково. Одни полагают, что задачи должны ставиться по всей трассе непрерывно, т. е. вообще не должно быть длинных участков ее без ориентирования. Другие же считают, что разнообразие должно относиться не только к содержанию задач ориентирования, но и к интенсивности технической нагрузки на спортсменов. Интенсивность же эта может и должна меняться на трассе в широких пределах, снижаясь иногда до нуля, т. е. на трассе могут быть и пустые отрезки длиной до 1 км, а иногда и более. Но эти километры, продуманно распределенные постановщиками трассы по ее длине, не являются потерянными; напротив, в них большой смысл именно с точки зрения ориентирования. Они работают на последующую часть трассы, особенно на ближайший технически сложный участок, подготавливая ошибки спортсмена - заставляя его разгоняться, терять бдительность, превышать допустимую физическую нагрузку. Больше того, пустые отрезки влияют и на предыдущий отрезок трассы - на последний КП, который спортсмен уже прошел, но еще не нанес на свою карту и о котором он, разогнавшись по трассе, может просто забыть и сгоряча сделать прокол в другой похожей точке.

Третий принцип - многоландшафтности - вытекает из общего требования к дистанциям в ориентировании, в том числе, и к маркировке, объективно выявить сильнейших спортсменов, владеющих богатым арсеналом технических приемов и умеющих применять их любой пригодной для ориентирования местности. Принцип этот осуществляется теперь на практике постановщиками трасс ответственных соревнований во многих районах страны. Наиболее же благоприятные условия для его реализации как раз не в Подмосковье, а в районах, расположенных вблизи границ ледниковых зон, в предгорьях, в местах, по которым протекают крупные равнинные реки.

На принципе "параллельности", как мы уже подчеркивали, основана вся маркировка. В том или ином виде он используется при постановке трасс в различных районах страны. Однако в той крайней форме, в которой он трактуется москвичами (как "параллельность ситуаций"), это продукт сугубо московского дистанционного творчества, вызванного спецификой овражисто-дорожной местности Подмосковья. Здесь часто удается найти расположенные близко друг от друга вытянутые примерно в одном направлении (параллельные) цепочки схожих мелких площадок, точечных и линейных ориентиров (ситуации).

Примером, отражающим все четыре московских принципа постановки трасс, может послужить трасса на карте К 1, проложенная по крайней мере по трем типам местности - ТМ V, ТМ VI и ТМ VII (показатель сложности ее оказался равным 0,26).

Описанные принципы планирования трасс на маркировке довольно успешно распространяются москвичами на другие районы страны, и в первую очередь Российской Федерации, где ориентирование стало бурно развиваться в самые последние годы и где существуют хорошие условия именно для лыжного ориентирования. Однако ряд центров ориентирования имеет собственные традиции в развитии нашего вида спорта и вполне самостоятельно трактует содержание маркировки.

К таким центрам прежде всего надо отнести Ленинград. Это связано, во-первых, с его ролью первооткрывателя если не маркировки вообще, то, во всяком случае, эстафеты на маркированной трассе. Во-вторых, Ленинград выглядит очень представительно в списках победителей и призеров всесоюзных соревнований, занимая за все годы по количеству призовых мест неоспоримое первое место. Наконец, на формирование трактовки маркированной трассы ленинградскими ориентировшиками оказала влияние и местность под Ленинградом - разнообразная по рельефу, богатая районами, пригодными для соревнований высокого уровня. Все это (а местность, пожалуй, в особенности) и определило взгляды ленинградцев на постановку маркировки, которые сводятся к следующим принципам:
1) трассы должны прокладываться на местности со сложным рельефом, а КП устанавливаться более или менее равномерно по трассе на насыщенных ориентирами участках:
2) трассы должны быть с большим перепадом высот, чтобы спортсмены получали существенную физическую нагрузку;
3) если два первых принципа соблюдены, то незачем создавать искусственные задачи для спортсменов: они сами отыщут на карте схожие ориентиры, сами придумают себе "параллельные ситуации", на которых и ошибутся.

Как нетрудно установить по этому перечню принципов, основными в ленинградских маркировках будут задачи с растянутой информацией, и в первую очередь задача на чтение карты.

Надо сказать, что в первые годы становления и развития маркировки принципы эти действовали. Участники ошибались, получали крупные штрафы, и трассы казались интересными. Но затем, когда возросли качество карт, техническая подготовка спортсменов, их физическая форма, позволявшая проходить трассу без особого напряжения, штрафы заметно уменьшились. Однако слишком большое доверие к местности, возложение на нее всей заботы по обеспечению спортсменов задачами приводило ленинградских постановщиков не только к соревнованиям с очень низкими средними штрафами, но и к штрафам чрезмерно высоким.

Возникает естественный вопрос: почему в таком случае ориентировщики Ленинграда в течение многих лет стабильно показывают высокие результаты на всесоюзных соревнованиях? Причин тут несколько. Прежде всего, ленинградцы имеют высокий уровень физической подготовки (в том числе и специальной лыжной), чему способствуют тяжелые, с большими перепадами трассы их маркировок. Ленинградцы обладают очень высокой технической подготовкой (навыком работы с картой) - во многом именно благодаря тренировкам и соревнованиям на сложном рельефе. И хотя эта подготовка достигается в основном средствами летнего ориентирования, она помогает и зимой. Наконец, ведущие ленинградцы, будучи членами сильных спортивных обществ, часто выступают на соревнованиях в разных районах страны, обогащая свой опыт.

Перечисленные факторы позволяют пока ленинградцам сохранять сильные позиции на маркировке. Однако если они не изменят свое не очень основательное отношение к планированию маркировок, к подбору районов и карт, позиции эти под напором ориентировщиков РСФСР им не удержать (Справедливости ради отметим, что в последние годы в Ленинграде наметилась тенденция делать маркировку более управляемой и продуманной - с теми же штрафами, которые там уже установились, но без такого их разброса от соревнований к соревнованиям).

Следующий крупный центр зимнего ориентирования - Эстония. Заметна роль эстонских спортсменов в советском спортивном ориентировании. Ряд побед и призовых мест во всесоюзных соревнованиях. Давние традиции в развитии ориентирования вообще. Большой приток лыжников в ориентирование. Более ранний и организованный, чем в других федерациях, переход на цветные карты (начиная с 1976 г. почти все соревнования класса мастеров, в том числе и на маркировке, в Эстонии проводятся на цветных картах). Наконец, местность для соревнований, не менее разнообразная, чем ленинградская (нет разве только каменистых осыпей и скальных выходов), и в то же время, пожалуй, более зимняя, чем летняя по предпочтительности сезона для ее использования в ориентировании: часто с большими болотами, с полями и посевами на буграх - местность, по которой летом бегать либо слишком тяжело, либо не разрешается Правилами соревнований. Все это, естественно, не могло не отразиться на понимании маркировки эстонскими ориентировщиками и на принципах постановки ими маркированных трасс.

Первое, что нетрудно заметить при анализе эстонских маркировок, - серьезный подход к их постановке. Дистанционники проводят большую работу по выбору района соревнований и предварительному планированию трассы, продумывают вопрос о совмещении (хотя бы частично) женской и мужской трасс. Последнее имеет отношение не только к организационной, но и к спортивной стороне соревнований: при совмещении трасс обе стартовые группы, мужчины и женщины, хотя бы часть дистанции проходят по более подготовленной лыжне. Кроме того, у организаторов освобождается время для подготовки всех трасс.

Что характерно для эстонских маркировок? Прежде всего, их затейливая форма, если смотреть на трассу в плане (на карте). Причудливые загогулины длиной 2-3 км с возвращением трассы почти в ту же точку вызваны, видимо, особенностью районов, которые выбираются для соревнований. Обычно это ленты мелкобугристого рельефа, вытянутого вдоль речек или длинных озер, болота, рассеченные изломанными и узкими полосами хребтов-возвышенностей, высотой не более 10 м, хребты покрупнее, обрывающиеся к болотам и озерам крутыми склонами, густо иссеченными мелкими долинками. Схожих, вытянутой формы ориентиров много, и если трасса будет все время крутиться среди мелочи, она окажется технически перегруженной - вероятно, поэтому и включаются в нее длинные пустые петли, проходящие по однозначным ориентирам, по болотам с небольшим количеством ориентиров.

Отметим и такую особенность эстонских маркировок - сравнительно небольшое число КП на них. Так, среднее расстояние между КП на мужских трассах в соревнованиях класса мастеров в 1972-1978 гг. было равно 1,51 км, на женских - 1.25 км. Эти показатели на 30-40% превышают средние по всем маркировкам аналогичного класса за тот же период для страны в целом.

Другая особенность эстонских трасс - широкое использование полуоткрытых и открытых пространств. Именно эстонцы, проведя в 1969 г. в Отепя всесоюзные соревнования, обратили внимание ориентировшиков из других районов страны на коварство открытых пространств, на сложность ориентирования среди бугристых полей (с их избытком информации, искаженной дальней перспективой).

Еще одна черта эстонских маркировок: они часто проложены по дорогам, тропам и просекам. И не для того чтобы разогнать участников на однозначных ориентирах и прямых участках (хотя достигается и это), а чтобы по соображениям охраны природы при прокладке трассы меньше наносить ущерба деревьям и кустарникам. Эстонские дистанционники не увлекаются постановкой КП на растянутых "параллельных ситуациях", а удовлетворяются задачами на выбор одного нужного ориентира из 2-4 схожих, расположенных поблизости друг от друга (т. е. таких, которые все в совокупности легко обнаруживаются на карте спортсмена). Однако и к этим коротким (концентрированным) параллелям постановщики трасс подводят спортсменов не прямолинейно, а с явным стремлением запутать.

Контрольные пункты на эстонских трассах плохо предсказываются. Иногда КП стоят в совершенно неожиданных местах, например на открытых участках, где нет параллелей. По-видимому, это один из принципов эстонских постановщиков, направленный на то, чтобы все время держать спортсменов в напряжении.

Наконец, надо отметить, что крупные соревнования на маркировке в Эстонии ставят обычно и крупные спортсмены, победители и призеры всесоюзных соревнований, и не только с прошлыми заслугами, но и имеющие свежие высокие результаты. И если в Ленинграде такая тенденция стала проявляться лишь в последнее время, то для Эстонии - это традиция.

Латвия - сильный и авторитетный центр ориентирования в стране. Однако зимним ориентированием латыши, как спортсмены, так и постановщики трасс, занимаются с меньшим энтузиазмом, чем летним. Это вызвано прежде всего неустойчивыми малоснежными зимами в республике, а также краткостью зимнего сезона, в течение которого проводятся обычно 1-2 соревнования высокого уровня.

При разработке задач на маркированных трассах здесь используется ленинградский метод: трасса проводится по насыщенным участкам карты, часто в мелком рельефе, в расчете на то, что спортсмены, не вчитываясь на скорости в карту, сами разыщут себе параллели. В таких потенциально опасных местах и ставят КП, иногда не в самых продуманных точках.

Как и в южной Эстонии, здесь широко используются открытые и полуоткрытые пространства, КП при этом ставят на ситуации - на изломанных кромках леса, в углах полей. Трассы в лесу часто идут по дорогам, тропам и просекам - все по тем же природоохранным требованиям, которые постановщиками зимних трасс в Прибалтийских республиках выдерживаются весьма строго.

Контрольные пункты (по крайней мере, на мужских трассах) в Латвии ставят чаще, чем в других районах страны. Ей, пожалуй, принадлежит всесоюзный рекорд по краткости среднего расстояния между КП на маркировке класса мастеров (в 1973 г. на чемпионате ДСО "Даугава", проходившем на местности с мелким рельефом и большим количеством линейных ориентиров, мужская трасса длиной 12 км имела 17 КП). На латвийских трассах КП обычно расставлены более или менее равномерно по длине трассы; постановщики тут не увлекаются "тандемами" и "запирающими" КП. А это означает, что определить местонахождение практически каждого КП удается и на основе информации за контрольным пунктом.

В целом же маркированные трассы в Латвии простые. Впрочем, высокий уровень развития ориентирования в республике вообще позволяет проводить соревнования и с достаточно интересными и продуманными задачами на маркировке.

В Белоруссии кроме Минска зимнее ориентирование успешно развивается также в Гомеле, Могилеве. Выбор районов и типов местности здесь богатый, и это разнообразие начинают использовать на крупных соревнованиях. В подготовке первенства СССР по зимнему ориентированию 1973 г. основную роль сыграли московские дистанционники: рядом с ними работали их белорусские коллеги, что оказало влияние и на принципиальный подход последних к постановке маркировки. Поэтому на основных в сезоне белорусских маркировках можно найти и задачи "на параллельные ситуации", и использование принципа многоландшафтности. В последние годы в Белоруссии появились вполне самостоятельные постановщики трасс, осознавшие возможности своей разнообразной местности и способные преподнести сюрпризы для спортсменов. В среднем же белорусские маркировки простые.

Литва, пожалуй, вследствие мягкой зимы и неустойчивого снежного покрова в меньшей степени, чем другие центры нашей страны, обладает условиями для зимнего ориентирования. Тем не менее два крупных соревнования на маркировке (первенство ДСО "Жальгирис" и чемпионат Литвы) проводятся регулярно. Для трасс на этих соревнованиях характерны следующие черты.

Прежде всего, использование открытых пространств с установкой КП иногда прямо в поле, на мелких ориентирах. Литовские карты, применяемые в зимних соревнованиях, не такие насыщенные, как, скажем, в Латвии, ибо для маркировок используется местность со средним рельефом. По той же причине в литовских маркировках прослеживаются и растянутые "параллельные ситуации", но не столь изощренные, как в Подмосковье. В отдельные годы в Литве встречаются маркированные трассы с такой простодушной постановкой КП, что приходится удивляться, как могут на них мастера спорта получать хоть какие-то штрафы (впрочем, на подобных трассах они их почти и не получают). В Литве вообще много соревнований с низким штрафом, что больше говорит о характере трасс, чем о квалификации участников, а также о тактике осторожного преодоления трассы, используемой обычно спортсменами с невысокой лыжной подготовкой.

Украина, несмотря на свое более южное расположение (чем Литва или Белоруссия), имеет районы вполне благоприятные для зимнего ориентирования (северо-восток республики, Харьковская и Сумская области, Карпаты). Большинство зимних соревнований, в том числе и на маркировке, проходят именно в этих районах.

Какие же черты свойственны украинским маркировкам? Для сравнительно равнинных северо-восточных ее районов характерны трассы с разнообразными задачами, связанными с частой сменой направления лыжни, включением сложных участков местности, насыщенных мелкими ориентирами. Напротив, на местности с крупным рельефом (прежде всего, в Карпатах, а также в некоторых районах Сумской области) упор до сих пор делался на подготовку трасс, требующих от участников хорошей физической формы, с расчетом на то, что под воздействием повышенной нагрузки они будут допускать и технические ошибки. Однако расчет этот редко оправдывался, и трассы, поставленные по такому принципу, получались нулевыми. Не случайно именно Украине принадлежит всесоюзный рекорд минимального среднего штрафа (по первой десятке участников) на трассе класса мастеров. Речь идет о чемпионате республики 1975 г. в Сумах, когда на мужской трассе первые десять участников умудрились все вместе получить всего одну (!) минуту. Причем заработал ее спортсмен, замкнувший первую десятку (по иронии судьбы им оказался один из украинских теоретиков маркировки).

Этот пример отражает средний технический уровень украинских маркированных трасс (по крайней мере, до 1980 г.). В целом они, пожалуй, самые простые среди всех маркировок мастерского класса, которые ставятся в различных районах страны.

Выше, говоря о центральном положении московских дистанционников, мы отмечали их влияние в первую очередь на центры ориентирования Российской Федерации. Здесь мы, однако, подчеркнем, что есть по крайней мере два центра ориентирования в России, которые идут в принципиальной трактовке маркированной трассы и в постановке дистанций собственным путем. Центры эти - Горький и Урал (Свердловск и Челябинск).

В чем же состоят чисто горьковские принципы планирования маркированных трасс? Прежде всего, дистанционники Горького серьезно готовят маркированные трассы, причем на подобных трассах отчетливо звучит мотив борьбы постановщика трасс со спортсменами. Ради победы в такой борьбе постановщики используют изощренные приемы, иногда даже в некорректном исполнении. Например, злоупотребляют таким приемом, как пересечение линейных ориентиров в неудачных местах, проводя трассы через просеки по дну довольно глубоких впадин и ям, из которых просеки эти почти невозможно разглядеть.

Горьковские трассы не очень извилисты и, как и ленинградские, имеют равномерное расположение КП по всей длине. Проходят они по насыщенным ориентирам и участкам местности, и вся "параллельность ситуаций" создается фантазией спортсменов, которым предлагаются сложные и растянутые задачи на чтение карты. Вследствие всего этого горьковские спортсмены в своей массе очень техничны, пожалуй даже слишком, ибо привыкли проходить трассу, досконально разбираясь во всем, а не рискованно, на высокой скорости. И видимо, потому выдающихся результатов на всесоюзных соревнованиях, где требуются не только техника, но и скорость (точнее, техника на высокой скорости), у них нет.

Горьковские дистанционники и спортсмены неутомимо размышляют над проблемами развития маркировки и в последние годы выдвинули новые предложения. В разделе, посвященном перспективам развития маркировки, мы остановимся на них подробно, здесь же отметим перспективность некоторых из этих идей.

Урал (точнее, Средний и Южный Урал) - идеальный район для зимнего ориентирования. На Урале, особенно на его восточном склоне и в прилегающих к нему районах, есть практически любой ландшафт, встречающийся на территории нашей страны и используемый в соревнованиях по ориентированию. На Урале благоприятная для лыжного ориентирования зима - продолжительная, сравнительно ровная по температурам (не считая, может быть, обычно холодного января), снежная в начале и солнечная в конце. Урал находится в центре страны и почти одинаково удален от районов, где зимнее ориентирование развито сейчас или может быть развито в будущем: от Эстонии, Ленинграда, Москвы, Горького и Казани - на западе и от Красноярска, Иркутска, Томска, Новосибирска, Барнаула, Омска и Тюмени - на востоке.

Все эти факторы, видимо, приведут к тому, что в последующие годы Урал станет основным центром зимнего ориентирования, центром сборов, тренировок, регулярного проведения крупных соревнований, в том числе и чемпионатов страны. В связи с этим интересна специфика уральских маркировок - местность, используемая для их постановки, техническая начинка маркированных трасс, средние штрафы первой десятки спортсменов.

Начнем с местности. Она здесь чрезвычайно разнообразна, но есть один ее тип, часто используемый только на Урале и в других районах почти не встречающийся. Это большие округлые горы (купола), по своим плоским вершинам и пологим склонам усеянные горками, скальными стенками и останцами ("столбами"), небольшими каменистыми россыпями и крупными камнями. Таких куполов на карте среднего размера бывает 2-4, а между ними - болото, обычно без ориентиров; правда, иногда на нем встречаются полянки и горки. Вся "игра", таким образом, происходит на куполах или у их подножий. Причем в отличие от равнинной и мелкобугристой местности, где спортсмены сами регулируют свою скорость и могут в насыщенных ориентирами местах трассы двигаться помедленнее, на склонах куполов управлять скоростью движения можно лишь на подъемах. На спусках же, особенно на затяжных, участники развивают такую высокую скорость, что успевают смотреть лишь на лыжню, но не по сторонам (и тем более не в карту). Естественно, при этом они пролетают массу ориентиров, а иногда даже теряют направление спуска.

Такая местность - находка для иного постановщика трассы, однако на Урале постановщики маркировок распоряжаются своей коварной местностью очень тактично, давая возможность спортсменам после головоломных спусков восстановиться на четких ориентирах, а затем уже проводят трассу вдоль склона или в подъем и пытаются вполне корректно их запутать. О сдержанности начальников дистанций основных уральских центров ориентирования свидетельствуют средние штрафы первых десяти спортсменов на уральских маркировках класса мастеров за период 1972-1978 гг. Штрафы эти довольно устойчивы год от года и в целом за все годы имеют сравнительно небольшой разброс по отдельным трассам.

Конечно, на уральских маркировках используется не только куполообразная местность, чаще как раз сочетание различных типов местности. Но независимо от используемых типов местности и их комбинаций постановщики трасс всегда выдерживают уравновешенность маркировки по физической и технической нагрузке.

Уральские дистанционники плодотворно работают и над развитием принципов постановки маркировок, в том числе над использованием растянутых "параллельных ситуаций". Так, в "Методических указаниях" по инспектированию маркированных трасс, подготовленных М. Гитисом (Челябинск), высказана мысль о целесообразности одновременного планирования мужской и женской маркировки, причем так, чтобы обнаруженные на карте параллели включались в игру сразу на обеих трассах по принципу: две версии - две трассы. То есть, когда, например, женская трасса является версией (ошибочной) мужской, и - наоборот. При этом подчеркивается, что на участках разработки двух растянутых параллелей обе дистанции, а также точки КП на каждой из них, не должны быть взаимно видны (чтобы одна трасса не раскрыла другую).

В "Методических указаниях" высказана еще одна хорошая мысль, что инспектировать маркировку должен не просто опытный судья-дистанционник, но судья, обладающий достаточным и свежим спортивным опытом. Инспектируя трассу, он в первый раз должен пройти по ней, как в соревнованиях: без нитки трассы на карте и непременно на скорости, чтобы оценить трассу и точки КП глазами соревнующегося спортсмена.

Кроме Горького и Урала в РСФСР, с точки зрения постановки маркировок, следует также отметить Казань, Пе